Шпаргалки (шпора) по Литературе.

Шпаргалки (шпора) по Литературе.

Печать шпаргалки

«Вишневый сад» — пьеса о прошлом, настоящем и будущем.

 

«Вишневый сад» — последнее произведение Чехова. Писатель был неизлечимо болен, когда писал эту пьесу. Он сознавал, что скоро уйдет из жизни, и, наверное, поэтому вся пьеса наполнена какой-то тихой грустью и нежностью. Это прощание великого писателя со всем, что ему было дорого: с народом, с Россией, судьба которой волновала его до последней минуты. В пьесе «Вишневый сад» как будто произошла встреча прошлого, настоящего и будущего. Создается впечатление, что герои пьесы принадлежат трем разным эпохам: одни живут вчерашним днем и поглощены воспоминаниями о давно прошедших временах, другие заняты сиюминутными делами и стремятся извлечь пользу из всего, что имеют на данный момент, а третьи обращают свои взоры далеко вперед, не принимая во внимание реальные события.

Яркими представителями прошлого являются Гаев и Раневская. Чехов отдает дань об-разованности и утонченности русского дворянства. И Гаев, и Раневская умеют ценить красоту. Они находят самые поэтичные слова для выражения своих чувств по отношению ко всему, что их окружает, — будь то старый дом, любимый сад, словом все, что им дорого с детства. Дом для Раневской — это живой человек, свидетель всех ее радостей и печалей, У нее совершенно особое отношение к саду - он как будто олицетворяет все самое лучшее и светлое, что было в ее жизни, является частью ее души. Жизнь Раневской была не из легких: она рано потеряла мужа, а вскоре после этого погиб ее семилетний сын. Человек, с которым она попыталась связать жизнь, оказался недостойным — изменял ей и транжирил ее деньги. Вся боль, накипевшая в ее душе, и радость встречи выражаются в ее обращении к саду: «О сад мой! После темной ненастной осени и холодной зимы опять ты молод, полон счастья, ангелы не покинули тебя...» Сад для Раневской тесно связан с образом покойной матери - она прямо видит, как мать в белом платье идет по саду.

Ни Гаев, ни Раневская не могут допустить, чтобы их усадьба была сдана дачникам в аренду. Они саму эту мысль считают пошлой, но при этом не желают глядеть в лицо реальности: приближается день аукциона, и имение будет продано с молотка. Гаев проявляет полную инфантильность в этом вопросе. Не имея на то никаких оснований, он клянется Варе: «Честью моей клянусь, чем хочешь, клянусь, имение не будет продано! ... Счастьем моим клянусь! Вот тебе моя рука, назови меня тогда дрянным, бесчестным человеком, если я допущу до аукциона! Всем существом моим клянусь!» Красивые, но пустые слова.

Иное дело — Лопахин. Этот человек на ветер слов не бросает. Он искренне пытается растолковать Раневской и Гасву, что есть реальный выход из создавшегося положения: «Каждый день я говорю все одно и то же. И вишневый сад, и землю необходимо отдать в аренду под дачи, сделать это теперь же, поскорее, — аукцион на носу! Поймите! Раз окончательно решите, чтобы были дачи, так денег вам дадут сколько угодно, и вы тогда спасены». С таким призывом «настоящее» обращается к «прошлому», но «прошлое» не внемлет. «Окончательно решить» — это непосильная задача для людей такого склада. Зато Лопахин времени даром не теряет. Он просто покупает это имение и ликует в присутствии несчастной и обездоленной Раневской. Покупка имения для него имеет особое значение: «Я купил имение, где дед и отец были рабами, где их не пускали даже в кухню». Это — гордость пле- ^ бея, который «утер нос» аристократам.

Может быть, человек будущего — Петя Трофимов? Он — правдолюб («Не надо обманывать себя, надо хоть раз в жизни взглянуть правде прямо в глаза»). Его не интересует собственная внешность («Я не желаю быть красавцем»). Любовь он, видимо, считает пережитком прошлого («Мы выше любви»). Все материальное его тоже не привлекает. Он готов разрушить и прошлое, и настоящее «до основанья, а затем...» А что затем? Разве можно вырастить сад, не умея ценить красоту?

Остальные герои пьесы тоже являются представителями трех разных эпох. Например, старый слуга Фирс весь из прошлого. Все его идеалы связаны с далекими временами. Реформу 1861 года он считает началом всех бед. Ему не нужна «воля», поскольку вся его жизнь посвящена господам. Фирс — очень цельная натура, он — единственный герой пьесы, наделенный таким качеством, как преданность.

Лакей Яша сродни Лонахину — не менее предприимчивый, но еще более бездушный человек. Как знать, может, и он скоро станет хозяином жизни?

Прочитана последняя страница пьесы, но нет ответа на вопрос: «Так с кем же писатель связывает свои надежды на новую жизнь?» Появляется ощущение какой-то растерянности и тревоги: кто будет решать судьбу России? Кому под силу спасти красоту?

 

Печать шпаргалки

 

 



Hosted by uCoz

Рейтинг@Mail.ru Рейтинг@Mail.ru